20 лет под властью Путина: хронология

Опрос, опубликованный малоизвестным прокремлевским сайтом, вызвал дискуссии о возможном отказе Кремля от поддержки Башара Асада, президента Сирии и давнего союзника России на Ближнем Востоке. Хотя недовольство Асадом в Москве действительно растет, нет причин считать, что Владимир Путин изменил свою игру в регионе.

 

 Владимир Путин нанес неожиданный визит в Сирию в начале января 2020 года на фоне эскалации между США и Ираном. Фото: kremlin.ru

 

В середине апреля малоизвестная прокремлевская организация – Фонд защиты национальных ценностей – опубликовала опрос граждан Сирии на своем сайте fznc.world (с тех пор статья была удалена, но версия Google-кэша пока доступна здесь). Согласно опросу, сирийцы не видят каких-либо позитивных изменений в своей жизни, указывая на целый ряд серьезных проблем в стране, включая низкую заработную плату и уровень жизни, коррупцию, перебои с электроэнергией и отсутствие легитимных местных властей.

Все эти проблемы, очевидно, станут центральными на политической повестке дня 2021 года, когда в Сирии пройдут очередные президентские выборы. Опрос показал, что только 32% сирийцев готовы проголосовать за нынешнего президента Башара Асада, в то время как растет спрос на «новых сильных политиков» и на экономические реформы.

Публикация Фонда привлекла внимание саудовских, катарских, израильских и даже некоторых американских СМИ, став поводом для дискуссий о том, отражает ли опрос намерения Кремля отстранить Асада от власти. Недавний конфликт между Асадом и его влиятельным двоюродным братом Рами Махлуфом, судя по всему, впавшим в немилость, только подлил масла в огонь: до этого момента вероятность того, что в ходе антикоррупционных чисток бизнес-элиты Асад может пойти против родственников, казалась немыслимой. Некоторые эксперты предположили, что теперь Махлуф может выступить в оппозиции Асаду, став для него угрозой. Однако это весьма спорно, поскольку опальный двоюродный брат вынужден будет действовать в одиночку, противостоя не только Асаду, но и сирийской армии, по сути контролируемой Россией.

Чтобы ответить на вопрос о планах Кремля в отношении Асада, можно взглянуть на первоисточник опроса. Фонд защиты национальных ценностей и его сайт контролируются Евгением Пригожиным, олигархом, имеющим тесные связи с Владимиром Путиным, и владельцем частной военной компании «Вагнер», оперирующей в Сирии, Ливии и других африканских странах. Более того, российские СМИ, опубликовавшие результаты опроса и развернувшие дискуссии о грядущей смене Асада, также контролируются Пригожиным. 

Понятно, что все важные решения в России принимает один человек, однако люди в его окружении – как в политическом руководстве, так и среди бизнес-элиты – имеют разные и порой противоречивые взгляды на Сирию и Асада. Так, в прошлом году многие российские бизнесмены жаловались на то, что они не получают выгод от доминирующих позиций России в Сирии – например, госконтрактов, особенно в энергетическом секторе. В начале этого года Пригожин подписал ряд соглашений с сирийским правительством, но их реализация была отложена.

Российское присутствие в Сирии сохраняется не ради Асада, а во имя интересов Кремля. Пока Асад служит этим интересам, он останется у власти

Опрос также мог быть вызван недовольством Москвы поведением Асада. Негативное отношение назревало на протяжении многих лет, но в условиях нынешнего кризиса могло достичь точки кипения. Еще одна версия состоит в том, что Кремль путем публикации опроса якобы пытается послать сигнал Западу, где теперь идут дебаты о том, что же на самом деле хотела сказать Москва.

Можно спорить о том, является ли выход опроса результатом бизнес-разногласий между Пригожиным и сирийским режимом или месседжем Кремля Дамаску или Западу, но ясно одно: российское присутствие в Сирии сохраняется не ради Асада, а во имя интересов Кремля. Пока Асад служит этим интересам, он останется у власти.

Есть как минимум два аргумента в поддержку такой позиции. Во-первых, хотя Асад далеко не идеальный партнер для Москвы (Кремль никогда не питал иллюзий в его отношении), он является единственным политиком, который официально пригласил Россию на борьбу с ИГИЛ в Сирии. Россия часто использует этот довод, чтобы подчеркнуть законность своего присутствия в Сирии.

Во-вторых, замена Асада рискованна для России. Этот вариант уже был рассмотрен и отвергнут Кремлем. Любой человек, принимающий решения внутри сирийского режима, может очень быстро утратить статус и влияние. Примером вероломной сирийской политики является эпизод с бывшим вице-президентом Фаруком Шараа. В 2012 году, вскоре после того как Турция (а возможно, и Россия) предложила его имя в качестве возможной альтернативы Асаду, Шараа был отстранен от власти и предположительно помещен под домашний арест. С другой стороны, аутсайдер режима не сможет контролировать силовые структуры, заручиться поддержкой Ирана на поставки оружия, нефти и рабочей силы и при этом сохранить российское присутствие в Сирии.

Страны Персидского залива и сирийская оппозиция явно предпочитают интерпретировать опрос как повод для надежды на то, что в Сирии грядут перемены. Тем более что именно из-за Асада тормозится процесс восстановления Сирии и задерживаются поставки гуманитарной помощи, в которой страна остро нуждается.

Западу стоит реалистично оценивать ситуацию и критически отнестись как к самому опросу, так и к дискуссиям вокруг него. Вопреки необоснованному оптимизму некоторых наблюдателей Россия не намерена уходить из Сирии, покинув ценные военные объекты – авиабазу в Хмеймиме, военно-морскую базу в теплом средиземноморском порту Тартус и вертолетную базу в Камишли. Скорее всего, Асад останется во главе Сирии в ближайшие годы, пользуясь поддержкой Ирана (которому по вкусу хаос в регионе), так и России, несмотря на растущее недовольство Москвы. Нет никаких оснований считать, что стратегия Путина по продвижению и укреплению позиций России на Ближнем Востоке изменилась. «Его человек» в Сирии – Башар Асад – по-прежнему остается центральной фигурой в этой игре.

  

Предыдущая версия этой статьи была опубликована на израильском сайте YNet.

Ксения Светлова – старший научный сотрудник Института политики и стратегии Междисциплинарного центра Герцлии, директор программы «Израиль-Ближний Восток» Института Мейтавим и бывший депутат Кнессета. 

 

Россия под властью Путина

Подписавшись на нашу ежемесячную новостную рассылку, вы сможете получать дайджест аналитических статей и авторских материалов, опубликованных на нашем сайте, а также свежую информацию о работе ИСР.