20 лет под властью Путина: хронология

Конструктивные отношения России и Израиля остаются одной из основ архитектуры безопасности на Ближнем Востоке. Пока двум странам удается сотрудничать по вопросам взаимного интереса, невзирая на ряд разногласий. Но этот хрупкий баланс может быть нарушен из-за изменений во внешней политике новой администрации США и политической нестабильности внутри самого Израиля.

 

29 января 2018 г.: Владимир Путин на встрече с Биньямином Нетаньяху в Москве. Фото: kremlin.ru.

 

В течение последних двух десятилетий Россия и Израиль поддерживали тесные и даже дружеские отношения, избегая пересечения «красных линий» и вопросов, вызывающих трения. Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху и президент России Владимир Путин смогли наладить хорошие личные отношения и демонстрировали взаимопонимание. Им удавалось избегать «игры с нулевой суммой», несмотря на растущую враждебность России и США, стратегического союзника Израиля, и ее тесные отношения с Ираном, главным противником Израиля, даже после того как в октябре 2015 года Москва вступила в коалицию с Тегераном для участия в сирийском конфликте на стороне президента Башара Асада и «Хезболлы». Однако углубляющиеся разногласия между администрацией Джо Байдена и Кремлем, общая напряженность на Ближнем Востоке, а также политическая нестабильность внутри самого Израиля могут разрушить сложившийся хрупкий баланс в отношениях Москвы и Иерусалима. 

Сближению двух стран способствовали общие интересы. С российской стороны отношения строились, как сообщают СМИ, на личной симпатии Путина к Израилю и еврейскому народу, а также на умении России искусно выстраивать свою внешнюю политику – таким образом, чтобы иметь возможность поддерживать диалог с различными странами, несмотря на противоречия по конкретным политическим вопросам. Со стороны Израиля отношения с Россией в последнее десятилетие строились на основе признания израильским военным сообществом того факта, что в конфликтах с ХАМАС, «Хезболлой», Ираном и Сирией Россия является ключевым посредником, обладающим уникальной способностью либо разрешить конфликт, либо стимулировать его эскалацию. В Израиле также проживает большая русскоязычная община евреев из бывшего Советского Союза, что является важным фактором культурного диалога. Еще до вступления России в сирийский конфликт, но в большей степени после этого, Израиль стремился поддерживать хорошие отношения с Россией, проводя так называемую «межвоенную кампанию» против подрывной деятельности Ирана.

Реакция Израиля на аннексию Крыма в марте 2014 года – один из ярчайших примеров его дифференцированного подхода, в рамках которого Иерусалим принципиально стремится избежать конфликта с Москвой, с одной стороны, и не поставить под угрозу свой жизненно важный союз с Вашингтоном – с другой. Поэтому, например, Израиль старательно уходит от обсуждения вопросов о растущем авторитаризме в России и ее сомнительной международной политике. Тем не менее, как отмечается в отчете 2019 года, опубликованном Институтом Кеннана, Иерусалим «с пониманием относится к обеспокоенности Вашингтона по поводу глобальной злонамеренной деятельности России и соответствующим образом ограничивает масштабы своих контактов [с ней] в сфере безопасности».

Стремление Израиля поддерживать теплые отношения с Россией, тем не менее, не снимает напряженность в двусторонних отношениях, делая Иерусалим относительно уязвимым для внешних рисков. Во-первых, главные союзники России на Ближнем Востоке – Иран, «Хезболла» и Асад – также являются злейшими врагами Израиля. Во-вторых, несмотря на договоренности о «деконфликтизации» между вооруженными силами двух стран, вступление России в сирийскую войну неизбежно создает дополнительные трения. Показательным примером является инцидент сентября 2018 года, когда российский самолет-разведчик был ошибочно сбит сирийской ПВО в то же время, когда над Сирией находились израильские истребители. Россия обвинила Израиль в «создании опасной ситуации». Израиль извинился, но, как сообщается, продолжает действовать против иранских целей в Сирии, несмотря на раздражение России.

Реакция Израиля на аннексию Крыма в марте 2014 года – один из ярчайших примеров его дифференцированного подхода, в рамках которого Иерусалим принципиально стремится избежать конфликта с Москвой, с одной стороны, и не поставить под угрозу свой жизненно важный союз с Вашингтоном – с другой.

Этот и без того сложный и хрупкий баланс интересов может подвергнутся дополнительным рискам из-за нового, более жесткого подхода администрации Байдена к России. Способность Израиля наладить отношения с Кремлем, несмотря на их разногласия, сегодня зависит от того, как это повлияет на стратегический союз с США, имеющий первостепенное значение для международных отношений и национальной безопасности Иерусалима. При администрации Трампа, которая сочувствовала правительству Нетаньяху и менее критически относилась к Кремлю, выстраивание российско-израильских отношений было более легкой задачей. Сам Дональд Трамп неоднократно отмечал, что хотел бы построить рабочие отношения с Путиным. Задача усложнилась с приходом к власти администрации Байдена, заявившего, что борьба с российским авторитаризмом и злонамеренными действиями является для него приоритетной задачей. 

Еще одним препятствием для российско-израильских отношений может стать сложившаяся нестабильная внутриполитическая ситуация в Израиле. На последних выборах, прошедших 23 марта (четвертых за два года), Нетаньяху не смог набрать достаточно голосов, чтобы сформировать стабильную коалицию, а это означает, что либо он будет отстранен от должности, либо, если он все же останется премьер-министром, его правление будет хаотичным. В любом случае следует ожидать, что в ближайшее время в стране пройдут новые, уже пятые по счету, выборы. 

При первом сценарии (без Нетаньяху), если коалиция сил, выступающих против нынешнего израильского премьера, сможет сформировать правительство, им придется заново налаживать отношения с Путиным. Это непростая задача, учитывая жесткую позицию администрации Байдена по России. Проблема усложняется тем, что сам Кремль, опасаясь русофобии и конфронтации с Западом, также начинает проводить более жесткую политику. Во втором сценарии Нетаньяху станет главой правительства меньшинства или нестабильной коалиции. В таком случае он, скорее всего, сохранит отношения с Путиным, несмотря на усложняющие факторы. Но и здесь он рискует вызвать гнев администрации Байдена и позволить Кремлю воспользоваться его слабостью, как это произошло во время визита Путина в Иерусалим в январе 2020 года. Тогда президент России использовал эту возможность для продвижения российского нарратива о Второй мировой войне на мемориальном мероприятии, посвященном 75-летию освобождения Освенцима. 

В условиях более жесткой внешней политики США и внутриполитической неопределенности Израиля разбалансировка российско-израильских отношений становится более реальной. Напряженность еще больше возрастет, если на Ближнем Востоке, где Россия активно укрепляет свои позиции, начнутся открытые военные действия. Израиль и Россия могут оказаться по разные стороны конфликта, таким образом выявив пределы взаимопонимания и сотрудничества.

 

Вера Михлин-Шапир – эксперт по российской внешней и оборонной политике, а также по внутриполитическим вопросам и российским медиа. В 2010-2016 гг. работала в Совете национальной безопасности Израиля (офис премьер-министра). 

Россия под властью Путина

Подписавшись на нашу ежемесячную новостную рассылку, вы сможете получать дайджест аналитических статей и авторских материалов, опубликованных на нашем сайте, а также свежую информацию о работе ИСР.