По мнению Андрея Пионтковского, на президентских выборах за Владимира Путина голосовала в основном пассивная и мало информированная часть населения России. В интервью Ольге Хвостуновой политолог рассказал, каким может быть выход из патовой ситуации, сложившейся в стране в связи с возвращением Путина на третий срок.

 

 

Ольга Хвостунова: На ваш взгляд, президентские выборы были сфальсифицированы?

Андрей Пионтковский: Они были сфальсифицированы задолго до голосования. Прежде всего, потому, что к ним не были допущены кандидаты от оппозиции. Как вы знаете, в России есть два пути выдвижения кандидатуры на президентские выборы. Выдвинуть кандидата может партия, представленная в парламенте. Но девяти партиям было отказано в регистрации. Второй способ: кандидат может теоретически собрать два миллиона подписей в свою поддержку. В реальности это практически невозможно. Даже если он их соберет, то Минюст всегда может найти повод отказать в регистрации, придравшись к любой мелочи, потому что жестких критериев у этой процедуры нет. По сути, кандидаты, участвовавшие в выборах 4 марта, сыграли роль подтанцовки для Путина. И хотя Путин участвовать в дебатах отказался, он постоянно присутствовал на федеральных каналах в новостях, в бесконечных фильмах о нем. Нарушения , отмеченные при голосовании, стали заключительным этапом фальсификации. И их было колоссальное количество.

ОХ: То есть вас не удивил высокий процент голосов, который набрал Владимир Путин?

АП: Я склонен доверять экспертам организации «Голос», которая параллельно с ЦИК вела свой независимый подсчет голосов. Эксперты заявили, что реальный процент проголосовавших за Путина, составил около 50% по России и около 35% по Москве. Если вспомнить, что явка была около 60%, то путинское большинство превращается в 30% населения, которых различными средствами уговорили проголосовать за него. Я даже не сказал бы, что это меньшинство горячо поддерживает Путина. Скорее, это люди равнодушные или плохо информированные, не знающие, например, о чудовищных масштабах воровства Путина и его окружения.

Кроме того, эти выборы в очередной раз показали, что Путин почти полностью проиграл политический дискурс. Его больше не поддерживают большие города. А судя по размаху зимних протестов и по составу их участников, очевидно, что Путин потерял молодежь, то есть наиболее активную и креативную часть населения, и интеллигенцию иными словами, всю ту часть общества, которая определяет динамику его развития. Это означает три вещи: полную аморальность режима, его нелегитимность и абсолютную бесперспективность.

ОХ: Вы считаете, что режим нелегитимен?

АП: Вообще говоря, российская Конституция запрещает баллотироваться на пост президента более двух раз подряд. Путин уже отслужил два срока подряд в 2000-2008 гг. Третий срок для него — это нарушение как минимум духа Конституции. А на мой взгляд и взгляд ряда юристов, и ее буквы.

ОХ: Насколько, на ваш взгляд, эффективно протестное движение?

АП: Оно эффективно хотя бы потому, что дало возможность громадному числу людей осознать свой протест, который долгое время накапливался внутри каждого. Эти люди смогли его наконец артикулировать. Сегодня протест вылился в четкую политическую платформу. В двух словах ее цель можно обозначить как превращение России из монархической клептократии в нормальную демократическую республику. Это можно сделать путем реформы политической системы, изменения законодательства о выборах, проведения новых парламентских и президентских выборов. Основные тезисы этой платформы будет постоянно звучать во всех выступлениях оппозиции и рано или поздно будут реализованы. Но пока у оппозиции нет сил, чтобы заставить Путина уйти. Поэтому некоторое время в России будет сохраняться изматывающая патовая ситуация абсолютного застоя и стагнации.

ОХ: Оппозицию упрекают в том, что она проиграла дискурс в регионах. Основные протесты проходили в крупных городах России, а до регионов информация о них зачастую просто не доходила. Эту ситуацию можно как-то изменить?

АП: В крупных городах основную информацию люди получают из интернета, а в малых — с федеральных телеканалов, контролируемых государством. Очевидно, что телевидение не изменится, а вот число пользователей интернетом непрерывно растет. Когда информация, известная о Путине жителям больших городов, станет известна всем, включая 30% добровольно проголосовавших за него, все развалится.

ОХ: Вы считаете, что оппозиция не сдастся в условиях патовой политической ситуации, как вы ее описали? Уже 5 марта после выборов на митинг вышло значительно меньше людей.

АП: Думаю, что не сдастся. С одной стороны, да, на митинг 5 марта пришло меньше людей около 20 тысяч. И да, митинг уже не был подобен карнавалу, как в предыдущие разы. Зато появилось много новой молодежи. А скоро появятся и новые лидеры. С другой стороны, протесты были вызваны рядом объективных проблем. Эти проблемы не только не решаются, но и в принципе не могут быть решены нынешней властью: это слабое экономическое развитие, Кавказ, национальные проблемы и пр. Во время предвыборной кампании Путин дал множество обещаний, не имевших под собой реальной экономической базы. Довольно быстро  эти проблемы ударят по благосостоянию тех самых людей, которые продолжают пассивно и без всякого энтузиазма голосовать за Путина. С неизбежным ухудшением социальной ситуации протестное движение будет только нарастать.

ОХ: То есть вы считаете, что путинская кампания была дешевым популизмом и  обещания выполняться не будут?

АП: Самое громкое обещание, которое было дано, это борьба с коррупцией. Но Путин — центр коррупционной системы, построенной в России. Причем само определение «коррупция» в данном случае не точное: коррупция предполагает ситуацию, в которой бизнесмен дает взятку чиновнику, а в России эти два субъекта слились в клептократию одного человека Путина. Путин и его окружение являются одновременно и высокопоставленными чиновниками, и состоятельными бизнесменами. В свое время известного реформатора Сингапура, премьер-министра Ли Куана Ю спросили, что для него было самым  трудным в политике реформ. Он ответил: посадить в тюрьму пять ближайших друзей. Даже если бы Путин решился на реформы, ему пришлось бы посадить бы, как минимум, 20-30 своих ближайших друзей. А также ему самому пришлось бы отправиться в тюрьму. Но этого же не произойдет...

ОХ: То есть вы не рассматриваете ситуацию, при которой Путин, оставаясь у власти, все же проведет какие-то реформы?

АП: Как он может это сделать? На какие деньги? Эксперты посчитали, что стоимость его предвыборных обещаний составляет десятки триллионов долларов. Эти обещания невыполнимы.

ОХ: Как долго Путин продержится у власти?

АП: Думаю, что два года, не больше. Хотя в нынешней ситуации все может измениться и завтра.

ОХ: Каким вы видите его уход?

АП: Все авторитарные режимы разваливаются примерно одинаково. Путин будет вынужден уйти, когда на улицы выйдет миллион протестующих и когда начнется раскол в его окружении. Как ушел Мубарак? Его сдали его коллеги, военные. Что решило судьбу Кадаффи? Он бежал от повстанцев, но они поймали его и расстреляли. Что-то подобное произойдет и с Ассадом, но чуть позже, потому его окружение — это религиозная секта алавитов, и они будут держаться до конца. Конечно, Россия не Ближний Восток, и дай бог, у нас кровавых расправ не случится. Но когда в России начнутся массовые выступления, забастовки, волнения в регионах, люди, окружающие Путина, возможно, поймут, что он больше не в состоянии защищать их интересы.

ОХ: Представим себе гипотетическую ситуацию: Путин ушел. Что произойдет дальше? Кто придет ему на смену?

АП: Речь не идет о том, чтобы заменить плохого царя Путина на хорошего царя, например, Навального. Речь идет о ликвидации должности царя. Это не значит, что в России не будет президента, но значит, что Конституция перестанет быть монархической и изменится в сторону усиления роли парламента. Работа в этом направлении уже ведется. Например, недавно в Высшей школе экономики прошло экспертное обсуждение нового проекта Конституции. То есть и оппозиция, и ее интеллектуальные штабы уже создают проекты тех институтов, которые придут на смену путинской клептократии. Причем в обществе должно существовать широкое согласие относительно характера этих институтов. И оно уже существует: основные требования, выдвигаемые оппозицией, сейчас поддерживают три различные, ранее враждовавшие между собой политические силы: либералы, коммунисты и националисты. Все согласны, что необходимы изменения законодательства и проведение свободных выборов. А свободные выборы уже решат, каким будет парламент и правительство, где все эти оппозиционные силы будут, наконец, представлены.

Институт современной России теперь есть в Телеграмме. Подписывайтесь на наши обновления здесь –> https://t.me/imrussia – и получайте наши дайджесты статей о России в западных СМИ, обзоры исследований и другую аналитику.

Мы пишем немного, но по делу.

Подписавшись на нашу ежемесячную новостную рассылку, вы сможете получать дайджест аналитических статей и авторских материалов, опубликованных на нашем сайте, а также свежую информацию о работе ИСР.