Наводнение в Крымске, унесшее 172 жизни, продемонстрировало две важные тенденции. Первая заключается в том, что уровень недоверия к власти в России преодолел точку невозврата. Общество четко усвоило урок путинского режима: любые слова, обещания и заверения чиновников — заведомая ложь. Вторая — это все чаще возникающие в ответ на бездействие властей стихийные объединения граждан «снизу». Такие объединения все более эффективно действуют вне государственных механизмов, создавая в стране альтернативные центры самоуправления.

 

Американский философ Томас Пэйн однажды сказал: «Гражданское общество — благо, а государство — неизбежное зло. Чем совершеннее гражданское общество, тем менее оно нуждается в регулировании со стороны государства». Правдивость этого утверждения было наглядно продемонстрировано после трагедии, произошедшей в Краснодарском крае, которую журналисты «Коммерсанта» метко назвали «краснодарским крахом».

Напомним, что в ночь с 6 на 7 июля в районе городов Крымск, Геленджик и Новороссийск выпало, по разным данным, двух- или трехмесячная норма осадков. Бурные потоки воды, сходившие с гор, устремились в расположенные у подножья населенные пункты, сметая все на своем пути. По словам очевидцев, за считанные часы вода в Крымске, находившемся нeпосредственно на пути схода потоков, поднялась на несколько метров. Местами волны достигали семиметровой высоты. Всего за одну ночь две трети города оказался почти полностью разрушены. Пострадали более 40 тыс. человек, погибли более 170 человек.

На следующий день рунет закипел от бесчисленных сообщений о произошедшем в Крымске. Местные жители в отчаянии стали обвинять власти в том, что на Крымск были произведены экстренные сливы воды, якобы переполнявшей Неберджаевское водохранилище, чтобы предотвратить еще более разрушительные последствия для находящегося поблизости Новороссийска.

Впоследствии власти, экологи и другие эксперты не раз заявляли, что конструкция водохранилища технически не предусматривает возможность таких сливов, однако в эту информацию не поверил почти никто. Причин тому как минимум две.

Во-первых, в 2002 году Крымск уже пострадал от разрушительного наводнения, в котором погибло более 60 человек. После него МЧС разработало целую программу рекомендаций по профилактике подобного рода происшествий. В ней, в частности, было черным по белому написано, что в городе необходимо было создать систему оповещения о приближающихся природных катаклизмах – на тот момент она практически полностью отсутствовала. Разумеется, за 10 лет ничего сделано не было.

Как пишут в своих репортажах с мест событий журналисты «Новой газеты» (здесь и здесь), ни один человек в Крымске не верит в то, что затопление города вызвал только дождь: все уверены, что сброс из водохранилища был и что людей «утопили, как котят». В полторы сотни погибших тоже никто не верит: в городе ходят слухи о чуть ли ни тысячах могил, вырытых на городском кладбище. В соцсетях ежедневно появляются тысячи сообщений с примерно одним содержанием: «расскажите правду о Крымске». Но, похоже, правду в этом хаосе отыскать практически невозможно.

 

Последствия крымского наводнения 2012 года. Фото Валентина Мищенко и Михаила Мордасова

 

Во-вторых, с первых же дней трагедии по федеральным каналам началась массированная кампания, целью которой стало стремление властей всеми возможными способами доказать свою непричастность к произошедшему. В одном репортаже губернатор края Александр Ткачев, запинаясь от волнения, рассказывал прилетевшему в Крымск президенту Путину о том, какая страшная и неподдающаяся прогнозам вещь, эта природная стихия: «шестимесячная норма осадков выпала всего за один день», — торопливо пояснял Ткачев. Блоггеры, между тем, саркастически комментировали, что такими темпами губернатор скоро договорится и до годовой нормы. «Уже в 23.00 в ночь трагедии по местным каналам была пущена бегущая строка о штормовом предупреждении», — оправдывался губернатор. Проблема только том, что в большинстве домов Крымска в это время уже не было электричества.

В другом репортаже молоденький журналист с «Первого канала» делал обход Неберджаевского водохранилища, показывая, что шлюзов, из которых вода могла бы быть спущена на Крымск, не существует. Репортажи с аналогичными сюжетами вышли и на других федеральных каналах. А губернатор даже организовал полеты на вертолетах, чтобы скептики могли сами убедиться, что ну не спускали на Крымск воду!

Однако старания телевизионщиков и неуклюжие попытки губернатора Ткачева оправдаться перед людьми создали прямо противоположный эффект: недоверие пострадавших к власти только усиливалось, раздражение и отчаяние только росли. Кульминацией этой информационной борьбы стала фраза, невольно вырвавшаяся у Ткачева во время его общения с жителями Крымска, обвинившими его в том, что система оповещений в городе не работала. В ответ на это губернатор раздраженно воскликнул: «А что, надо было каждого обойти?».

Эта мгновенно облетевшая рунет фраза (которую, вероятно, впишут в политическую историю страны наряду с облетевшей мир путинской формулировкой: «она утонула»), стала точным выражением отношения государства к своим гражданам. Государства, в котором человеческая жизнь ни во что не ставится. Системы власти, в которой рядовой россиянин — пешка, разменная монета, единица электората, — что угодно, но только не личность, не гражданин, не человек, чья жизнь бесценна.

Закон противодействия

Третий закон Ньютона гласит, что любому действию всегда имеется равное по силе противодействие. В политическом контексте эта формула может звучать так: чем сильнее закручиваются гайки, чем сильнее давление власти, тем больше вероятность равного по силе общественного взрыва. Чем страшнее революция, тем ужаснее следующая за ней реакция. Чем больше власть игнорирует собственных граждан, тем быстрее граждане находят способы и возможности для самоорганизации и самостоятельного решения собственных проблем.

Трагедия в Крымске в очередной раз четко высветила полярность интересов власти и общества: одни обогащаются, другие пытаются выжить. Когда новость о наводнении прозвучала по всем каналам, в город устремились группы волонтеров, готовых оказывать любую посильную помощь пострадавшим. Люди стихийно организовывали пункты передачи продуктов, питьевой воды, одежды, медикаментов и предметов первой необходимости. Добровольцы на собственных машинах отправлялись в Крымск отвозить вещи и разгребать завалы.

Многие просто перечисляли деньги. Официальный расчетный счет открыло краснодарское отделение Красного Креста, куда согласно последнему отчету, от 19 июля, было перечислено свыше 424 млн руб. Группа социальной сети «В Контакте» под названием «Помощь Кубани. Крымск, Новороссийск» с помощью системы «Яндекс.Кошелек» («кошелек» принадлежит депутату Илье Пономареву) собрала порядка четырех млн рублей. В большинстве случаев размер пожертвований составлял 500-2000 рублей. В группе состоит более 15 тыс. человек, которые постоянно делятся информацией, телефонами, организуют поездки в пострадавшие районы, занимаются поиском пропавших людей.

Удивительным моментом всеобщего объединения перед лицом трагедии стало даже то, что в Крымске бок о бок работали недавние политические оппоненты — представители «Единой России», «Справедливой России», «Яблока» и других партий и общественных организаций. Впрочем, «Единая Россия» успела отличиться тем, что на посылки с гуманитарной помощью, приходившей от имени партии в Крымск, оказались наклеены стикеры с логотипом партии.

Безусловно, наводнение в Крымске не единственный пример того, как люди объединялись и решали проблемы своими силами, отчаявшись получить помощь от государства, столь открыто пренебрегающего своими обязанностями. В прошлый раз, во время длительных лесных пожаров 2010 года, функции по сути самоуправления взяли на себя многие жители Подмосковья. Люди сами закупали огнетушители и насосы, формировали пожарные бригады, выезжали на места задымления, находили жилье для тех, кто не имел возможности уехать.

Ситуация с Крымском, впрочем, отличается принципиально иным социально-политическим контекстом, связанным с протестным движением и символической делегитимацией самой власти после оскорбительной для многих «рокировки» президента и премьер-министра 2011 года. Сакральность власти оказалась нарушена, и каждая последующая трагедия, подобная Крымску (а уверенности, что трагедия больше не повторится, уже нет), будет наносить непоправимый урон авторитету режима. Если верить Томасу Пэйну, то рано или поздно критическая масса гражданской активности создаст в обществе ощущение самодостаточности и, возможно, условия для политической системы нового типа в стране.

 

Уволенные за халатность и задержанные в рамках уголовного расследования причин наводнения глава Крымского района Василий Крутько (слева) и мэр Крымска Владимир Улановский (справа)

 

Пока же, по крайней мере внешне, в современной России все идет по-старому: люди гибнут, политические механизмы не работают, ответственные не уходят в отставку. Чиновники притворяются, оправдываются, спихивают ответственность на подчиненных, ищут виноватых в окружении и за границей. Краснодарский край не стал исключением. Непотопляемый Ткачев, близкий друг Путина, остался в губернаторском кресле, найдя «козлов отпущения». Сразу после трагедии Ткачев уволил за халатность главу Крымского района Василия Крутько и мэра Крымска Владимира Улановского, а 22 июля Следственный комитет РФ сообщил об их задержании в рамках уголовного расследования причин наводнения. Иначе и быть не могло: совсем неподалеку под чутким руководством Ткачева строятся сочинские олимпийские объекты — стратегически важный проект Кремля и лично Путина. А Путин, как известно, своих не сдает, пусть даже ценой жизни сотен человек. В конце концов, они же просто утонули.

Институт современной России теперь есть в Телеграмме. Подписывайтесь на наши обновления здесь –> https://t.me/imrussia – и получайте наши дайджесты статей о России в западных СМИ, обзоры исследований и другую аналитику.

Мы пишем немного, но по делу.

Подписавшись на нашу ежемесячную новостную рассылку, вы сможете получать дайджест аналитических статей и авторских материалов, опубликованных на нашем сайте, а также свежую информацию о работе ИСР.